Воскресенье, 24.06.2018, 19:11
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Помойка - Форум | Регистрация | Вход
Меню сайта
Block title
WWF Russia.
Music
Block content
Календарь
Календари на любой год - Календарь.Юрец.Ру Информер праздники сегодня
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • мистика, фантастика
  • Проза.ру
  • Стихира
  • Журнал "Тройская Унция"
  • Сайт для писателей и поэтов
  • Клуб начинающих писателей
  • Сайт "Наши идеи"
  • Кира Огонь на сервере Проза.ру
  • Графоманов.нет
  • Журнал "Литературная учеба"
  • WEBcommunity
  • Литературная мастерская "Crearn"
  • Бумагомарательство. Графоманство. Творчество. Мы В Контакте
  • Наши друзья: Young Writer
  • Статистика
    ТВОРЧЕСТВО - НАШЕ ВСЁ
    [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Модератор форума: kiraFirefox  
    Форум » Обсуждение книжных новинок » Обсуждаем » Помойка (недетская сказка. Автор F.J.)
    Помойка
    НадинДата: Суббота, 19.02.2011, 16:57 | Сообщение # 1
    Рядовой
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 12
    Награды: 0
    Репутация: 2
    Статус: Offline
    Получив разрешение автора, хочу предложить вам почитать интереснейший (с моей точки зрения) роман. Нетрадиционный сюжет, написанный захватывающим языком.
    Роман находится в стадии написания. Трудолюбия автору не занимать biggrin Поэтому, вместе с вами хочу надеяться дочитать роман до конца.
    Вот по этой ссылке viewtopic.php?f=77&t=27090#p564344 находится авторская иллюстрация, чтобы вы лучше представили героев романа.
    Добро пожаловать в мир фэнтези smile

    Глава 1. Долгий-долгий день

    Нового «жильца» в пустовавшую камеру притащили среди ночи. Где-то за толстой стальной дверью в дальнем конце коридора клацнул рубильник, и в коридоре стали загораться противно мерцающие лампы. В камерах зашуршало и заворочалось – соседи слева и справа приникли к решеткам, просовывая носы сквозь прутья.
    Визит охраны в это время – явление необычное. А все необычное, ломающее ледяную корку апатии, безнадеги и унылого отупения – все это на краткий миг возвращало пережитки прошлой жизни. Любопытство, надежды, мечты.
    «Свежие» хранили их, эти пережитки... Напоминали «старым» о том, как это было у них, когда они впервые попали в эти камеры. И как потом уходили, сменяясь унынием, тоской и безнадегой. У кого-то апатия наступала через несколько недель, у кого-то – через месяц. Но наступала всегда. Неизбежно. Может от стылых камер и всеобщего уныния, а может и в еду чего подсыпали.
    Впрочем, когда день изо дня время тянется в однообразном унынии, мир и впрямь меняется. Из него уходят краски, запахи, интерес к окружающему. И даже ползающие по лицу мухи не вызывают уже желания согнать их. Отчего подчас не отличить живых от мертвых, остановившимся взором уставившихся в потолок, способных лежать так часами.
    Не хочется лишний раз двигаться, реагировать на окружающий мир. Не хочется ничего, лишь бы все оставили в покое. Лишь бы поскорей погас свет, и можно было хоть ненадолго забыться сном. Лишь бы не просыпаться от истошных криков. И чтобы приснилась та, прежняя жизнь. Хотя бы тень прошлой жизни. С красками, эмоциями и всем тем, что осталось там, по ту сторону каменного лабиринта. И не думать, не думать о том, что скоро все закончится, и ты вновь проснешься в сырой холодной камере.
    И что в один прекрасный день привычная, до каждой трещинки в штукатурке, до каждой щербинки на стальной решетке твоя камера опустеет. Как пустели камеры слева, справа и напротив. Как случалось это десятки раз, как будет происходить еще много-много сотен тысяч раз, чтобы на смену «выбывшим» приволокли свежих, еще не «погасших», не превратившихся в серые безмолвные тени.
    И по сто раз на день то хотелось, чтобы «скорей бы уже», то напротив – чтобы про тебя забыли, чтобы хотя бы это жалкое существование продлилось еще немного. Еще чуть-чуть.
    Сомнений в том, что означает «невозвращение», не было ни у кого. Здесь, в этом месте, финал всегда один: либо «не вернулся», либо «умер во сне». Если повезло. Утренний обход, и охрана, небрежно волоча труп за ногу, обсуждает на ходу какой-нибудь футбольный матч. Закономерный финал.
    И вот сейчас, в неурочный час, когда все только-только начали засыпать после отбоя, вновь вспыхивает свет. И гулко топают копыта из дальнего конца коридора. И раздается шорох, словно кто-то тащит по полу мешок или …труп. Последнее здесь было куда более вероятно.
    Впрочем, раньше трупы таскали из камер, а не запихивали их обратно.
    И это было необычно. И почти интересно. Но оборачиваться все равно было слишком лениво. Кабан, а из охраны копыта были только у здоровенного хряка, тащил что-то или кого-то. Вполне может быть даже в пустующую камеру напротив. Хотя пустующих камер у них сейчас навалом.
    «Новеньких» стали притаскивать гораздо реже. Раньше в этом крыле появлялись новички чуть не каждый день. Сейчас же едва ли один в неделю.
    Впрочем… Считать дни здесь и в голову никому не приходило. Прежний «жилец» ее камеры не ленился царапать на стенке черточки, обозначающие дни. И первое время она даже продолжала этот ряд. Пока не надоело.
    Стук копыт и шорох тем временем приблизились. Обернуться или нет? И если да, то что стоящего она там увидит? Противное кабанье рыло, очередного бедолагу, испустившего дух и волочимого сейчас по полу? Но… Зачем кому-то запихивать труп в камеру?

    Добавлено (19.02.2011, 16:49)
    ---------------------------------------------
    Она обернулась.
    Нет, кабан тащил не труп. Хотя «новенький» на него очень походил. Не то безжизненной расслабленностью, не то тем, что был весь выпачкан в кровище, продолжавшей литься из разбитой кошачьей морды.
    Крови было столь много, что за ним на бетонном полу оставались выразительные полосы. Кабан тащил его как мешок картошки, небрежно ухватив за шиворот просторной майки-балахона, заменявшей узникам одежду.
    Волочившийся же по полу «труп» весьма оживленно и с какой-то глупой жизнерадостностью глазел по сторонам. Примерно так вертят головой туристы, шумною толпой кочующие от одного музейного экспоната к другому.
    Тело его при этом, словно существуя отдельно от головы, по-прежнему пребывало в безучастной расслабленности.
    Это было странно. Очень странно. И придавало происходящему какой-то нелепый, идиотский вид.
    Кошак в очередной раз обернулся и, утирая разбитый нос, встретился с ней взглядом. Расплылся в улыбке. На перепачканной кровью морде улыбка эта смотрелась неестественно и дико абсурдно. Словно вырезанная из иной реальности и шутки ради наложенная на избитую грязную физиономию.
    Мысли сбились в кашу и потеряли связность. Она сердито отвернулась, решительно выдохнула и плюхнулась на лежанку. Сон был испорчен. Сейчас этот новенький начнет «общаться» и затянется это по меньшей мере до утра. И потом еще неделю-две. А то и все три. Пока не станет таким же как все, пока не успокоится и не смирится. Ох, как же не вовремя. И по закону подлости, как специально, напротив ее клетки!
    «Шмяк-бряк». Пленника швырнули «в номер».
    – Эй, свинина! Осторожней с товаром! – вякнул пленник и воинственно шмыгнул носом.
    Она сердито перекатилась на другой бок. Про сон можно явно забыть. Сейчас хряк «откалибрует» мелкому борзометр, после чего тот будет охать и стонать весь остаток ночи, жалуясь на жизнь и приставая с нелепыми вопросами.
    Но то ли кабан сегодня уже развлекся, то ли поленился, а может и торопился обратно к телевизору.
    Лязгнул засов, загремел замок и копыта вновь затопали по коридору.
    Новичок, впрочем, не успокоился. Повиснув на прутьях, он яростно потряс решетку:
    – Эй! Ну-ка вернись! Я с тобой еще не закончил!
    Фраза добавила абсурдности происходящему: кот был раз в десять легче кабана и едва ли достал бы макушкой тому до груди, даже если бы привстал на цыпочки. «Наезд» выглядел настолько нелепым и смешным, что она едва не фыркнула в голос. И затаила дыхание, когда кабан остановился. Испуганно скосила глаз к решетке.
    Кабан же, то ли ленясь отпирать камеру, то ли и впрямь спеша куда-то по своим кабаньим делам, лишь с ухмылкой покосился через плечо и продолжил путь. Только громыхнул пудовым кулачищем по решетке одной из камер, содержимое которой пугливо шарахнулось к противоположной стене.
    Довольный собой, охранник удалился.
    Она перевела обеспокоенный взгляд на камеру напротив. В мыслях царил сумбур и набор самых противоречивых стремлений. С одной стороны – секунду назад она была бы совсем не прочь, чтобы новенького утихомирили и желательно до самого утра. С другой – это неожиданно и необъяснимо возникшее опасение за целостность его дурной головы. И ведь еще минуту назад на все и вся было совершенно наплевать, лишь бы оставили в покое и не мешали спать.
    Кошак вновь «включил» свою нелепую и совершенно неуместную в этом месте улыбку. Приняв картинно-непринужденную позу на лежанке, он переключил свое внимание на нее:
    – Эээ… Привет?
    Это выглядело как какой-то условный рефлекс. Как «ваааа!!!» со стороны малолетних оболтусов, подглядывающих в девчачью раздевалку. Столь быстрый переход от воинственных воплей к неприкрытым заигрываниям лишь добавлял происходящему идиотизма.
    Нелепость. Абсурд и нелепость. Все это было настолько дико , неуместно и странно, что она совершенно не знала, как реагировать.
    А потому порывисто отвернулась и сердито скрестила на груди руки. От идиотизма ситуации к горлу подступал непроизвольный смех. Такой же глупый и нелепый как происходящий вокруг сюр.

    Добавлено (19.02.2011, 16:50)
    ---------------------------------------------
    – Классная маечка!
    И она спиной, а точнее местом чуть пониже, в полной мере ощутила уже почти забытый «тот самый» липкий взгляд. Которым мужская половина населения обычно провожала ее зад в той, прежней жизни.
    Грязная балахонистая майка не доходила и до середины бедер, а короткий рысий хвост норовил привычно задрать ее еще выше. И каких усилий воли стоило не одернуть майку сердитым движением! И удержать куцый хвост, так и норовивший встопорщиться, задрав и край майки.
    – Эй? Чего молчишь?
    Рысь стоически вздохнула. Поддерживать угрюмый вид стало немного проще. Мелкий нахал - лет на пять помладше, можно сказать ребенок еще, а туда же… Мачо недоношенный.
    – Тебя как зовут?
    Собрав остатки терпения, она улеглась на лежанку, старательно демонстрируя нежелание болтать. И тут же пожалела об этом: улечься демонстративно головой вглубь камеры, а к коту задом было плохой идеей.
    – Классный вид, да! – кошак одобрительно гыгыкнул, и она чуть ли не физически ощутила, куда сейчас направлен его взгляд.
    Лежать так моментально стало дико неуютно. Но и повернуться головой в другую сторону – все равно, что признать себя дурой. Тем более тонкая простыня все равно не скрывала ничего из того, на что все так любят пялиться.
    Рысь нахмурилась и незаметно стиснула кулаки. Черт с ним, нашла о чем думать сейчас. Да пусть глазеет, последняя радость маленькому идиоту. Может ему тут стриптиз исполнить?
    Поведение мальчишки и впрямь выглядело так, словно он пародирует реакцию взрослых, подсмотренную где-то ранее, не до конца понимая, насколько смешно выглядит.
    Губы шевельнулись, словно не сразу вспомнив как это – улыбаться. Черт побери, вокруг сыро, холодно, темно. Она сидит за решеткой в окружении кучи уродов, калек и камер, где кто-то умер… Напротив посадили напрочь отмороженного психа, но все это настолько неописуемо, странно и... Усилием воли рысь превратила улыбку в ухмылку. И на всякий случай нахмурилась.
    – Эй, ты глухая? Или может немая? – надоедливый липучий сосед явно был настроен на долгое общение.
    В соседней камере нахально фыркнули.
    – Если скажу, как меня зовут, ты заткнешься?
    – Обещаю! – непонятно чему обрадовался придурок напротив.
    – Рона.
    Господи, как непривычно звучит ее имя. И голос. Она не говорила уже много недель, исключая разве что ответы на вопросы белых халатов.
    «Как сон? Как самочувствие? Ничего не болит? Ничего не чешется?»
    – А меня Тимка, – жизнерадостно поведал сосед, трубно шмыгнув разбитым носом. – А чего вы тут все делаете?
    В соседней камере фыркнули снова.
    Рона промолчала. Пожалуй, не стоило давать болтуну и слова для зацепки. Стало только хуже. И затыкаться он явно не собирался.
    – Что это за место? На приемник не похоже, на тюрьму… Вроде раньше в тюрьмы не сажали за просто так, да? Эй?
    Судя по звукам, кошак энергично обследовал свою камеру. Хотя обследовать там было особо нечего: деревянная скамья, да две простыни, одна свернутая на манер подушки, другая – укрыться. Хотя перед этим ее еще предстояло просушить собственным телом. Влажность в этом подземелье была такая, что стоило тряпке поваляться пару дней без прогрева, как от нее начинало пахнуть прелью.
    – Че молчишь-то? – звуки тем не менее не прекращались. Кот возился и возился, что раздражало все больше и больше.
    – Эй? А когда тут кормежка?
    – Утром, – фыркнули из камеры слева.
    – Заткнись уже, спать мешаешь, – добавили из другой.
    – Да ладно, успеете еще выспаться! Вы ваще как сюда попали? – кошак бросил возиться с простынями и деловито обследовал замок на двери.
    – Также как и ты, – через паузу отозвался кто-то еще.
    – То есть вас просто схватили на улице? – кошак запустил коготь в какую-то щель замка и, смешно высунув язык от усердия, пытался что-то там поддеть.
    Рона осторожно сменила позу, наблюдая за ним краем глаза.
    – Меня – да! – отозвался тот же голос.
    – И меня, – нехотя буркнули из левой камеры.
    – А давно вы тут? – кот сломал один коготь, раздраженно втянул воздух, но попыток своих не прервал.
    – Тебе-то чё? Спать ложись, харэ шуметь! – вклинился в диалог кто-то еще. – Задрали уже!
    – Да ладно! Ффф… – он сломал второй коготь, зашипел и засунул палец в рот. Впрочем, не прошло и пары секунд, как в коридоре вновь раздалось:
    – Ронка, ты спишь? Эй?

    Добавлено (19.02.2011, 16:51)
    ---------------------------------------------
    Рысь «возвела очи к небу». Шебутной сосед умудрялся бесить и …В тоже время она не могла подобрать название этой эмоции. Глупый, нахальный, болтливый, неутомимый… Фамильярно сокративший имя едва знакомой соседки, словно сто лет знакомы.
    Она старательно согнала с морды улыбку и даже чуть прикусила кончик языка, чтобы не фыркнуть.
    – Ээээй! Я же вижу, что притворяешься! Нельзя так быстро заснуть!
    В камере слева снова гнусно хихикнули. Рысь демонстративно перевернулась на другой бок, постаравшись попутно незаметным движением поправить майку, норовившую показать больше, чем следовало бы.
    Проклятье, ну что стоило владельцам этих клеток сделать шмотьё чуть длиннее? Или хотя бы с прорезью под хвосты?
    – Кстати, а сёдня у нас пятница, да? – кот присел на лежак и вроде бы чуть успокоился.
    – Пятница, пятница. Спи, наконец! – гаркнули издали.
    – Вот же гадство. Луна-парк через неделю сваливает. Две недели собирался сходить, да все откладывал.
    Рона хрюкнула в свернутую простынь, заменявшую здесь подушки. Откуда только берутся такие придурки. Думать о карусельках в такой ситуации! Бред. Наверное, ему все же досталось по голове.
    Кот повозился, устраиваясь на деревянной скамье.
    – Проклятье… Не могли хоть матрас постелить? – он негодующе постучал по массивной деревяшке.
    – Может тебе еще джакузи в номер? – мрачно пошутил кто-то из дальней камеры.
    – Да уж не помешало бы, – не смутился новенький. – Отвратительный сервис.
    Минут пять прошло в молчании. Но стоило ей смежить веки и начать погружаться в сладкое забытье, как неугомонный «свежак» вновь подал голос.
    – Рон, а че это за шарашка-то? На тюрягу не похоже, на санаторий тоже не очень.
    – Крематорий, мля, – хихикнули в левой камере.
    – Че, серьезно?
    – Финал одинаковый.
    Кот уткнулся носом промеж прутьев. Рассмотреть коридор из камеры не получалось – расстояния в решетке не позволяли. Впрочем, рассчитаны они были на пленников куда более крупной комплекции, чем тощий малолетка. И добрых полчаса он мучительно пытался просочиться сквозь решетку. Несколько мгновений даже казалось, что еще чуть-чуть и удастся протолкнуть голову.
    Увы – не проканало.
    Он забегал по камере, но ничего нового в унылом бетонном пенале не обнаружилось. Чертыхнувшись, «свежий» плюхнулся на лежак и вновь обрушил град бессмысленных раздражающих вопросов, адресуя их то к обитателям соседних камер, то к безуспешно пытавшейся заснуть рыси. Однако, обитатели подземелья, как сговорившись, дружно замолкли. Ведь вся эта бесполезная суета ничегошеньки не меняет. А завтра, завтра будет еще один тяжелый день. И новенький получит ответы на все свои вопросы. Из первых, так сказать, рук.
    Рона поерзала щекой на жесткой «подушке», сморгнула наметившуюся слезу и провалилась в вязкое мутное беспамятство.

    Добавлено (19.02.2011, 16:57)
    ---------------------------------------------
    Увы, но ссылка для просмотра иллюстрации не работает cry


    Хороший человек
     
    Фея-Из-БомбеяДата: Суббота, 19.02.2011, 19:20 | Сообщение # 2
    Злодейка Гигильда
    Группа: Администраторы
    Сообщений: 409
    Награды: 0
    Репутация: 10
    Статус: Offline
    book О, да, оригинально. Только мрачновато как-то sad
     
    Форум » Обсуждение книжных новинок » Обсуждаем » Помойка (недетская сказка. Автор F.J.)
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Поиск:

    Copyright MyCorp © 2018